Общественное движение в поддержку Президента России в сфере борьбы
 с коррупцией


 Не надо строить иллюзий, что победить гидру можно в одночасье. Предстоит тяжелая, кропотливая,
повседневная работа. В. Мазуров


 
femmes russe homepage counter счетчик сайта
 

          

 Президент России

Новости 

                                                                                         

09.02.10 В Петрозаводске пресечена преступная деятельность группы мошенников

В г. Петрозаводске Департаментом экономической безопасности МВД России совместно с Управлением по борьбе с экономическими преступлениями МВД по Республике Карелия пресечена деятельность организованной группы, которая специализировалась на завладении земельными участками мошенническим путём.

 

В августе 2009 г. злоумышленники организовали направление 135 заявлений в министерство природных ресурсов Республики Карелия (МПР РК) о выделении земельных участков в одном из районов Петрозаводска под индивидуальное жилищное строительство. Данные заявления были поданы номинально, без намерения использовать наделы по назначению.

 

Члены группы действовали скоордированно и активно. В связи с тем, что после опубликования в СМИ  (в соответствии с предусмотренной законом процедурой) сообщения о приеме заявлений в МПР РК стали обращаться граждане, пожелавшие получить земельные наделы,  злоумышленники совершили ряд действий, чтобы запугать добросовестных заявителей или ввести в заблуждение.

 

Установлено, что чиновник МПР РК, входивший в состав организованной группы, передавал сообщникам сведения о претендентах, после чего на некоторых из них было оказано давление. Другим добросовестным заявителям было отказано под формальным предлогом отсутствия идентификационных признаков участков.

 

Таким образом без проведения аукциона с августа по декабрь 2009 г. МПР РК были выданы распоряжения о предоставлении в аренду 124 земельных участков под индивидуальное жилищное строительство на территории г. Петрозаводска. Ряд наделов реализован третьим лицам, а деньги присвоены членами группы.

 

По предварительной оценке, ущерб бюджету карельской столицы составил 62 млн рублей.

 

Возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного статьей 159 УК РФ (мошенничество). Продолжаются оперативно-следственные мероприятия по установлению возможной причастности других должностных лиц министерства природных ресурсов Республики Карелия к противоправной деятельности указанной группы.

 

Пресс-служба ДЭБ МВД России 

 



Все новости

Комментарии




Нет комментариев






Чтобы добавить сообщение, пожалуйста зарегистрируйтесь и/или войдите в систему.


16.03.10 
 Погрозили пальчиком.

Прокуратура республики при осуществлении надзора за исполнением законодательства о противодействии коррупции установила, что руководитель одного из республиканских органов исполнительной власти в 2007-2008 годах одновременно с замещением государственной должности проходил военную службу по контракту.

Однако, подавая сведения о своих доходах и имуществе за указанные годы, он не указал доходы, полученные от военной службы. При этом при назначении на должность руководителя государственного органа он скрыл сам факт прохождения военной службы по контракту.

В связи с допущенными нарушениями законодательства о противодействии коррупции прокуратурой республики внесено представление Главе Республики Карелия с требованием о привлечении  виновного к дисциплинарной ответственности.

Кроме того, в целях обеспечения представления должностным лицом полных и достоверных сведений о доходах и имуществе за 2009 год, ему направлено предостережение о недопустимости нарушения закона впредь.


Комментировать

11.02.10 
 Коррупция в России — на высшем уровне

Генерал-майор Александр Назаров — “МК”: “Объекты нашего внимания — федеральные министерства и ведомства, губернаторы, Госдума и Совет Федерации”
Владимир Михайлович Кузнецов, руководитель несуществующей “Рабочей группы Госдумы РФ по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти”, по сходной цене организовывал депутатские запросы. При задержании у него изъято удостоверение с символикой ГД и незаполненные бланки депутатских запросов.
Борьба с коррупцией — задача Департамента экономической безопасности МВД. В состав ДЭБ входит ОРБ-3 — “третье” оперативно-разыскное бюро. Оно занимается борьбой с коррупцией в высших эшелонах власти.  


ОРБ-3 было образовано совсем недавно, к работе реально приступило в первом квартале 2009-го. О результатах, достигнутых за год, в интервью “МК” рассказал начальник ОРБ-3, генерал-майор милиции Александр Юрьевич Назаров.
 

— Какие структуры являются объектами вашего внимания?  


— Все выборные органы, включая Госдуму и Совет Федерации, где мы плотно взаимодействуем с ФСО и ФСБ. Кроме того, это федеральные министерства, агентства и ведомства, где у чиновников есть возможность распределять бюджетные средства, и те структуры, которые пополняют доходную часть бюджета. Нас также интересуют органы исполнительной власти субъектов — их верхняя часть, и негосударственный сектор.  


— Чтобы разоблачать коррупцию в верхах, нужна политическая воля. Она есть?  


— Политическая воля есть. Во всяком случае, за год работы мы ни разу не получили отказов в реализации имеющейся оперативной информации. Ни разу мне никто не намекнул, что “движение в таком-то направлении нежелательно”.  


— А если намекнут? Если придут и скажут: у вас там по делу проходит один товарищ, вы его не трогайте, это родственник Путина?  


— Когда придут, тогда и будем об этом говорить, а в настоящий момент таких ситуаций нет. Мы докладываем о результатах работы в Администрацию Президента, правительство, Генеральную прокуратуру, и не было такого, чтоб нам сказали: вот это направление нежелательно или несвоевременно.

  
— Чиновники берут взятки, потому что они родились негодяями или потому что такие правила игры?  


— И то и другое.  


— Бытует мнение, что чиновник не может не участвовать в общей схеме “распила”, практикующейся в его ведомстве. Иначе он не будет расти. Система его отожмет, ему придется уйти.  


— Совсем не обязательно. Кому-то придется сменить место работы, а кто-то — если он, например, назначен указом президента — сам не уйдет, и его не так-то просто будет убрать. Другое дело, если человеку нравится быть в фаворе у руководителей. Участвовать во всех процессах, влиять на них. Понятно, если он исключен из команды, степень его влияния, авторитета, уважения в ведомстве будет низкой. Поэтому часть людей встраивается в команду, чтоб сохранить влияние и значимость. Но делает это совершенно напрасно. Есть масса примеров, чем это заканчивается.  


— Можете привести?  


— Многие дела, которыми мы занимаемся, еще не дошли до суда, по ним нет приговоров, поэтому о них я пока не могу говорить. Но вот дело, приговор по которому уже вынесен — 5 лет лишения свободы. Сотрудник Генеральной прокуратуры через посредника вымогал денежные средства, 300 тысяч долларов, у коммерческой структуры. При раскрытии преступления мы взаимодействовали с ФСБ. К чести Генпрокуратуры, никаких ограничений с ее стороны не было. Генеральный прокурор получил наш доклад и санкционировал проведение оперативно-разыскных мероприятий в отношении своего сотрудника.  


— Фамилия у него случайно не Довгий?  


— Нет, Плотников его фамилия. Это прокуратура Центрального Федерального округа. Чувствовал он себя абсолютно вольготно, не ожидал такого развития событий... И это не единичный случай. За прошедший год по нашим материалам возбуждено 151 уголовное дело. В 5 субъектах возбуждены дела в отношении замов губернатора. Примерно в 20 — по структурам администрации.  


На стадии судебного рассмотрения — 20 уголовных дел. По 15 делам вынесены приговоры. Максимальный срок, который получили наши “клиенты”, — 10 лет. За взятку максимальная санкция 12 лет, так что наказания, как видите, реальные, никто пока не оправдался и не откупился.  


— Есть субъекты Федерации, которым вы уделяете особое внимание?  


— Наши люди работают везде. Но не во всех субъектах Федерации мы встречаем понимание. Многие руководители не понимают, что с коррупцией они и сами тоже должны бороться, потому что ни МВД, ни ФСБ, ни Генеральная прокуратура не смогут победить ее в одиночку.  


— В регионах обычно сидят “зубры”, пустившие корни, и под каждым — своя команда со своими прибылями. Это монолитная система. Как скоро вы рассчитываете ее разрушить?  


— Она будет разрушена, когда сменятся кадры. Некоторым чиновникам долгое пребывание во власти (как, например, было в Волгоградской области) дает уверенность в своей безнаказанности. У них проверенная десятилетиями схема работы, которая позволяет зарабатывать им и их окружению, и они считают, что это — на года. На самом деле такая жизнь заканчивается быстро. Пришел новый губернатор Волгоградской области, и из 11 прежних замов губернатора осталось два…

  
— Руководство Волгоградской области сменили после того, как там поработало ОРБ-3?  


— Старую команду сменили потому, что система управления, которая сложилась в Волгоградской области, себя дискредитировала. Что касается нашего вклада, могу сказать, что во взаимодействии с областным ГУВД мы в прошедшем году возбудили дело в отношении двух замов губернатора, оно сейчас расследуется.  


— Что они делали?  


— Эффективно распределяли в своих интересах бюджетные средства, предназначенные здравоохранению и жилищному хозяйству.  


— Руководство каких регионов не понимает необходимости бороться с коррупцией?  


— Регионов, где вообще не понимают, — нет. Глупо было бы сказать: я с коррупцией бороться не хочу.  


— Говорить они все могут самые правильные слова…  


— За 2009 год мы выезжали примерно в 40 субъектов. Своими глазами увидели положение дел. Ни в одном нам не сказали, что наши действия неправильные. Но, безусловно, есть и недопонимание. Например, в Брянске. В отношении зама губернатора области возбуждено уголовное дело, он содержится под стражей. Однако губернатор высказывает сомнения в отношении нашей деятельности. Наверно, это его право. Но я считаю, если бы не было оснований — уголовное дело не было бы возбуждено и суд не избрал бы меру пресечения — содержание под стражей.  


— Объекты ваших исследований жалуются на сотрудников ОРБ-3? Бывает так, что они их самих обвиняют в коррумпированности: “наезд заказной”, “опера расчищают место конкурентам”?  


— Такие соображения высказываются практически всегда, а в 70 процентах случаев за год наши действия обжаловались в официальном порядке.  


— Как вы относитесь к таким жалобам? Скажем, вам приходит заявление на вашего сотрудника, что под видом оперативной деятельности он решает “шкурняки” — убирает от бюджетной кормушки чужих коммерсов, ставит своих. Вы верите?  


— Иногда бывают настолько объективно изложены факты, что невольно закрадываются сомнения. Но если я знаю все события, их последовательность — мне понятна история вопроса. И если она совсем не совпадает с корявыми попытками встроить ее в другой сюжет, у меня не возникает никаких сомнений в отношении своего сотрудника. Но служебная проверка проводится в любом случае. Нет заявления, которое бы откладывалось в сторону. Все проверяются — причем не в нашем подразделении, а в Службе собственной безопасности.  


— Вы уверены, что жалобщики не нырнут в Службу собственной безопасности с крупной суммой и не попросят нейтрализовать вон того опера третьего ОРБ?.. Везде ведь одно и то же. Покупаются все.  


— Мы это все видим.  


— Как вы тогда боретесь против коррупции, если это — тотальное болото? Вам же, выходит, ногу некуда поставить. Провалится.  


— В болоте всегда есть кочки, на которые можно встать. Можно, конечно, поскользнуться и не дойти. Но дорогу осилит идущий… А сложности у нас, разумеется, возникают. Чем выше уровень чиновника, который оказался в поле нашего зрения, — тем больше сложностей. Приходится соизмерять наши профессиональные возможности с административными ресурсами и уровнем подготовки наших оппонентов — это правда. Но не все наши объекты — замы губернатора. Есть средний слой чиновников, и руководители вовсе не стремятся их защищать. Самим же им трудно обжаловать наши действия, поскольку они задержаны с поличным. Даже если гипотетически предположить, что был заказ, — никто же не заставлял их брать деньги. Пускай тобой заинтересовались по надуманным основаниям. Но деньги-то зачем взял?  


— Передача взятки всегда фиксируется на видео?  


— Мы без этого не работаем. Я сторонник того, чтобы очень бережно относиться к судьбе любого человека. Используя оперативно-разыскной ресурс, мы сначала убеждаемся, что человек не заблуждается. Он понимает, что схема, в которой он участвует, преступна, и вступает в нее по своей инициативе. И только когда мы уверены, что человек преступник, мы переходим к документированию и финальной части — задержанию с поличным.  


— Взятка и коррупция в вашем понимании — одно и то же?  


— Тело коррупции — это огромное количество экономических составов, налоговых составов, контрабанды и т.д. А взятка — это просто ее проявление. Поэтому наша задача гораздо шире, чем выявление взяточников. Мы хотим, чтоб из-под коррупции вымывалась ее почва — теневая экономика и нарушения экономического, налогового законодательства.  


— Деньги чиновникам дают только те, кто сам нарушает законы?  


— Нет. Добропорядочные компании, которые ничего не нарушают, тоже бывают вынуждены давать взятки. Предпринимателю, который хочет поставлять госструктуре какой-то товар или услуги, приходится встроиться в модель и сказать чиновнику: “Сколько я должен заплатить, чтоб принять участие в этом конкурсе?”, не говоря уж о том, чтоб его выиграть. Вымогательство — это тоже предмет нашего внимания. По нашим материалам в Следственном комитете МВД сейчас расследуется уголовное дело по некоторым подразделениям правительства Москвы, где нам удалось совершенно четко задокументировать схему, по которой у предпринимателей вымогаются денежные средства.  


— Вы полагаете, чиновники вымогают деньги за участие в конкурсах только в Москве?  


— Не только. У нас есть информация и по другим регионам, но мы проверяем пока только то, что успеваем проверять.  


— А что вы успеваете проверять? Вот я приду к вам и скажу: я знаю, в московском правительстве действует такая схема...  


— Если вы скажете, мы обязательно проверим. Более того, мы не ждем, пока вы скажете, мы сами ищем заявителя.  


— Кто ваши заявители? Почему они к вам обращаются?  


— К нам идут люди, доведенные до отчаяния. Коммерсанты или служащие, которые так или иначе сталкиваются с распределением бюджетных средств. Они пострадали от коррумпированных чиновников, они несут убытки. Если эти убытки соизмеримы с доходами — они к нам не пойдут. Но если от них требуют запредельные суммы, им ничего не остается, как обращаться к нам. Их вынуждает жадность чиновника. Но таких заявителей — только 30 процентов. А 70 — результат нашей целенаправленной работы.  


— Каким образом вы находите людей, которые “сдают” коррупционеров?  


— Положим, есть какой-то регион, где сформировалась отлаженная коррупционная модель. Мы постоянно получаем информацию о том, что там невозможно развиваться бизнесу и инвестиционным проектам, если коммерсант не аффилирован с губернатором. Такая ситуация является предметом нашей оперативной заинтересованности. В течение 2—3 месяцев мы выявляем людей, которые пострадали от действий конкретных представителей власти. Потом приходим и говорим, что знаем об их проблемах. Если человек внутренне готов (должна быть еще какая-то гражданская позиция), он начинает с нами сотрудничать.  


— И как это потом отражается на его бизнесе?  


— К сожалению, нормативная база не защищает экономическую безопасность заявителя. Мы проводили мероприятия с мэром Красноармейска. Мэр осужден, а заявитель — банкрот, потому что оставшаяся часть чиновников на территории своего обслуживания никогда в жизни этому предпринимателю не даст возможность работать.  


— Что же вы его не защитили, не поддержали?  


— Мы с удовольствием поддержим, но у нас нет рычагов. Ни в одном законе не прописано: “заявитель, который принял участие в оперативных мероприятиях, должен иметь все возможности для участия в последующем конкурсе на первоочередной основе”. Поэтому нам, когда мы пытаемся за него вступиться, сразу говорят: “Э, да вы лоббируете свои интересы. Это ваш человек и ваш бизнес”. Невольно наши сотрудники останавливаются. Реакция всякого нормального человека после таких обвинений: не отстаивать дальше свою позицию. А законного механизма защитить заявителя — нет. Поэтому заявители — мужественные люди.  


— Их роль в том, чтоб сообщить о месте и времени передачи взятки? Вы там устраиваете засаду и задерживаете чиновника с поличным?  


— Примерно так. Кроме этого заявители помогают нам исследовать схемы разбазаривания госимущества и отчуждения земли. В прошлом году, например, несколько человек, представляющих строительные организации, согласились под нашим наблюдением оформить землю под застройку. С их помощью мы изучали несколько краев и областей и пришли к выводу, что огромное количество земель переводится по коррупционным схемам из разряда сельхозназначения в другие формы. Соответствующие документы были направлены на имя президента. Президент поручил своему экспертному управлению вместе с МВД проработать вопрос контроля земель сельхозназначения и принять меры, которые сохранят их в собственности государства.  


— Вы считаете, что “посадки” — не главное? Важнее — ломать схемы?  


— Я считаю, нет смысла сделать полстраны судимыми и в гонке за противодействием коррупции кого-то удивить цифрами. Надо искать другие меры — профилактические. Пускай мы возбудим не 500 дел, а 5 или 15, но они будут детально разработаны, с обратной связью. Тогда получится действительно серьезная борьба с коррупцией. Я, например, знаю, что после наших мероприятий по землям сельхозназначения в других субъектах прошли совещания: такие-то схемы отчуждения земли не использовать, милиции о них известно, есть вероятность, что к нам тоже придут.  


— ОРБ-3 занимается только чиновниками, которые находятся на государственной службе?  


— Помимо чиновников мы еще занимаемся мошенниками, которые дискредитируют власть. Как правило, это люди с обширными связями, выходцы из административных органов, но по сути мошенники. Последний пример — депутат Магаданской областной думы. Он трудоустраивал людей в Совет Федерации.

  
— На самом деле?  


— Нет, конечно. Обманывал. Позиционировал себя как будущий губернатор, посещал Думу, обещал назначить представителем в СФ. Все за определенную сумму. При передаче 45 миллионов за будущую должность в СФ мы задержали его с подельниками, сейчас три человека арестованы.  


Другой мошенник сидел в форме в кафе, представлялся генералом Интерпола, говорил, что решает все вопросы, был очень озадачен, когда мы его задержали.  


Еще один товарищ — член рабочей группы по противодействию коррупции в Госдуме, которой нет и никогда не было. Люди из этой группы направляли письма губернаторам, в органы исполнительной власти, удостоверения выписывали, филиалы создавали по России. Мы три месяца за ними следили, сейчас ряд арестован, включая господина Кузнецова.  


— К каким они прибегают уловкам, чтоб запудрить клиенту мозги?  


— Водят его в Думу, в Совет Федерации, ездят на машине с госномерами, сыплют именами высоких чинов. Предприниматель, особенно если он не адаптирован к московским условиям — самым жестким с точки зрения объективного анализа происходящего вокруг тебя, — во все это верит. У нашего генерала из Интерпола, например, висела поддельная фотография, где он с Владимиром Владимировичем, причем Владимир Владимирович очень по-доброму на него смотрит.  


— Мошенники имеют реальные контакты в органах власти?  


— Обычно среди второстепенных клерков. В Совете Федерации мы работали с аппаратом Сергея Михайловича Миронова по этому направлению. Совместно мы нашли одного товарища, который, представляясь его порученцем, говорил: “Предприниматели, если хотите инвестировать в сочинскую Олимпиаду — это через нас, но будет стоить денег”. Нанимал помещение, рассылал благодарственные письма... Россиянин традиционно испытывает трепетное отношение к сильным мира сего. Его гипнотизируют ссылки на Администрацию Президента и Думу, а если еще ему самому какое-нибудь удостоверение выписали — он на седьмом небе от счастья. И только потом вспоминает, что под всем этим — финансовая составляющая, и ее условия довольно туманны, как и последующее возвращение денег.  


— Насколько, на ваш взгляд, коррумпирована система МВД?  


— Не больше, чем все остальные. Если взять удельный вес наших сотрудников, совершивших преступления, и сравнить с другими министерствами — поверьте, МВД не будет лидером.  


— А кто будет лидером?  


— Сложно сказать. Но я уверен, не МВД. Про себя могу сказать: если мой сотрудник перешел грань, у меня рука не дрогнет его выгнать, и эта позиция полностью разделяется руководством министерства.  


— ОРБ-3 занимается преступлениями, связанными с огромными деньгами. Коррупционеры, наверное, на каждом шагу предлагают вашим сотрудникам сотни и миллионы — только чтоб они отвязались?  


— Предлагают.  


— У вас есть обеспеченные сотрудники?  


— Мы не подбираем сотрудников, исходя из их материального положения — чтоб родители обязательно работали на заводе. Кто-то лучше обеспечен, кто-то хуже. У кого-то жена замечательный человек, процветает в бизнесе... Мы не можем ставить в вину сотруднику его материальное положение. Все расставит по своим местам время. Сейчас темп быстрый. Тому, кто сделал ставку исключительно на зарабатывание денег, придется либо пересмотреть свое отношение, либо завершить карьеру.  


— Из-за вала милицейских преступлений люди с недоверием относятся к сотрудникам МВД. Объективно говоря, ОРБ-3 занимается тем, что необходимо обществу, ведет сложнейшую работу. А подозрение все равно остается: нет, все не так чисто, как они говорят. И я демонстрирую это подозрение здесь, в интервью, своими вопросами. Вам не обидно?  


— В МВД трудится множество умных, толковых людей, которые добросовестно делают свою работу. Конечно, им обидно, когда та польза, которую они принесли обществу, перечеркивается каким-нибудь Евсюковым. Но я оптимистично отношусь к будущему своего ведомства. МВД открыто для оптимизации и реформ. Пройдет время — и мы все будем гордиться нашей милицией. Что касается хорошего отношения к сотрудникам — положа руку на сердце, надо сказать, что их вообще-то нигде особо не любят. Я, во всяком случае, абсолютно уверен, что ни один взяточник никогда мне не скажет: “Спасибо, что вы меня остановили, вы мне сделали хорошо”. 


Комментировать


27.01.10 
 Встреча руководителей общественных организаций

 

Сегодня состоялась встреча руководителей общественных организаций – Карельского Движения в поддержку президента Д. Медведева в борьбе с коррупцией и Общественного Совета при МВД по Республике Карелия. На встрече обсуждались вопросы взаимодействия в 2010 году.


Комментировать

27.01.10 
 Борьба с коррупцией начинается с детального учета и жесткого контроля

27.01.2010

Борьба с коррупцией начинается с детального учета и жесткого контроля

Коррупцией пронизано всё наше общество. Настолько глубоко и повсеместно, что найти вид деятельности, не содержащий злоупотреблений, практически маловероятно. Крайне низкая моральная планка многих чиновников, исключительный правовой нигилизм и еще множество факторов сделали коррупцию главным тормозом на пути не только развития, модернизации общества, но и в вопросах выживания - отдельных предприятий, отраслей, и граждан.

Дмитрий Медведев признал борьбу с коррупцией своим главным приоритетом. И не декларативно признал - в Госдуму внесены пакеты антикоррупционных законов, инициированы реформы и стратегические обновления в ряде федеральных структур (Министерство обороны, МВД и другие). Также, удивительным образом, именно после того, как антикоррупционная деятельность была взята под личный контроль Президентом, активизировались различные ревизионные, правоохранительные органы.

А бороться есть с чем и за что. 
По информации МВД России, за 2009 год государству только экономическими преступлениями нанесен ущерб на сумму свыше 1 триллиона рублей. Прирост в данной категории правонарушений составил 745%, по сравнению с 2008-м годом. 
Бесспорно, что в основе большинства экономических преступлений лежит коррупция. 
И очевидно, что подобные масштабы ущерба и тренды требуют новых мер противодействия.

Наряду с планируемыми и проводимыми антикоррупционными программами напрашивается отдельная, независимая и изолированная от уже существующих - специализированная система учета и контроля, направленная на предупреждение и фиксацию коррупционных событий.

По мнению ведущего эксперта Сообщества сторонников Дмитрия Медведева по антикоррупционной политике, данная система должна и будет осуществлять радикальное влияние на криминогенную обстановку только потому, что станет прямым каналом информирования президента о реальном состоянии дел в регионах. 
Это должна быть специализированная, строго в рамках антикоррупционной деятельности, система полномочных представителей. 
Назначать которых следует, к примеру, из числа активных, болеющих за судьбу страны, честных офицеров, выходящих в отставку из армии, МВД, органов безопасности. Причём, отсутствие опыта работы в подразделениях экономической безопасности, борьбы с оргпреступностью и им подобных не следует расценивать как недостаток, а вероятнее всего, по известным причинам, наоборот. Такие офицеры в России есть, их нужно только отыскивать, замечать. 
Та же проводимая в настоящее время реформа МВД способна наполнить эту новацию сильными кадрами - из числа наилучших сотрудников милиции, которых по возрасту (выслуге лет) теперь разумнее отправлять не на пенсию, а в оперативный действующий резерв.

Примерный формат работы, по версии нашего эксперта, выглядит следующим образом:

"Сбор информации по данной теме должен осуществляться любым способом, который может быть признан полезным и эффективным. 
- тематический анализ региональных электронных и печатных средств массовой информации; 
- создание собственного интернет-сайта и изучение поступающей интересующей информации, разработка путей её проверки на предмет достоверности (в части определения, что тема, либо проблема имеет место быть); 
- оборудование общественных приёмных в каждом регионе (каждом районе области); 
- работа с правоохранительными органами на предмет коррупционной составляющей в уголовных делах; 
- анализ проводимых торгов и заключения контрактов в свете исполнения требований ФЗ №-94; 
- контроль за каждой сделкой по приватизации муниципальной собственности; 
- проведение семинаров с представителями малого и среднего (как наиболее подверженного давлению) бизнеса по выявлению наиболее взяткоёмких направлений их деятельности, сопряженной с различными структурами власти; 
- целенаправленный мониторинг финансовых потоков, попавших в поле зрения чиновников и представителей коммерческих структур; 
- изучение, по направлению деятельности, отчётных материалов работы контрольно-ревизионных органов, справок аудиторских проверок по организации финансово-хозяйственной деятельности органов власти различных уровней на предмет целевого расходования бюджетных ассигнований; 
- выявление, путём собеседования, у населения сведений о соответствии доходов и расходов районных и областных чиновников. 
В данной работе считаю целесообразным принимать к рассмотрению и проработке как информацию, поступающую путём официальных обращений и заявлений, так и конфиденциальные данные, включая анонимные сообщения граждан.

Немаловажен и вопрос организации сотрудничества с руководителем региона. 
Как мне видится, методы эффективного сотрудничества могут быть проработаны лишь тогда, когда будет определён статус полпреда (пока так назовём), кем он будет назначаться и будет определён порядок подчинённости... 
В моём видении, полномочный представитель должен быть в ранге не менее главного Федерального инспектора и подчинён напрямую, непосредственно помощнику Президента, либо другому назначенному им лицу, обличённому соответствующим доверием и властью. Соответственно, и докладывать всю информацию по вопросам своей деятельности должен ему по защищённым ведомственным (ФСО, ФСБ, МВД) каналам правительственной или выделенной связи. Губернатору, как руководителю региона, где полпред осуществляет свою работу, информация должна доводиться строго конфиденциально, после согласования с помощником Президента по направлению данной деятельности в полном объёме, кроме случаев, когда дело касается самого губернатора, либо его близких родственников или соратников. Антагонизма в данном вопросе быть не должно, так как круг обязанностей губернатора, наряду с многими другими задачами, предполагает и борьбу с коррупцией в регионе. Как мне видится, создание подобной структуры дела архиважное на данном историческом моменте, но временное - по идее, данная  борьба не может и не должна происходить бесконечно, она должна быть завершена разрушением созданных коррупционных связей и подходов в работе чиновников и населения, а так же созданием условий, не позволяющих этим условиям и подходам возродиться! 
По особо резонансным делам, по согласованию с помощником Президента и губернатором не исключается, в интересах дела, информация может быть опубликована в средствах массовой информации для осуществления должного общественного контроля.

Взаимоотношения с публичными структурами, по моему мнению, должны строиться на принципах доступности и открытости для получения имеющейся у этих организаций информации. В то же время, ход предварительных проверок поступивших данных, процесс и содержание аналитической работы должны быть закрыты для широкой огласки. 
Полагаю, что непосредственное участие в работе аппарата антикоррупционного полпреда общественных организаций, либо политических партий было бы нецелесообразным и даже вредным. В этой сфере государственной деятельности, как и в работе правоохранительных органов, партийная принадлежность или участие в какой-либо общественной организации не должна присутствовать ни в каком виде."

Заметим, что на первый взгляд деятельность таких антикоррупционных полпредов дублирует работу сразу нескольких структур. Однако, её главное отличие - прямое подчинение Президенту, полная независимость от сложившихся сил влияния и лоббирующих групп. 
Эксперт Сообщества справедливо отмечает временный характер данной программы. В самом деле, или она заработает и начнет давать результаты - тогда будет очевиден горизонт востребованности данной структуры, или окажется неэффективной. 
В любом случае, прямой президентский контроль, минующий существующие многоярусные и подчиненные "интересам" органы, необходим. Он очевидно не будет лишним. Он очевидно способен радикально изменить ситуацию, поскольку будет сломано главное кредо местечковых коррупционеров "Москва далеко, а мы здесь".

http://medvedev-da.ru/public/index.php?ELEMENT_ID=7804


Комментировать

Предыдущий   Следующий

 

Главная · Новости · Аналитика · Видео · Гостевая книга · Форум · ASK? · Карта сайта · Контакты
    Все права защищены.  При использовании материалов  ссылка на сайт обязательна.                                                    
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS